Новые темы

По результатам опроса компании Gallup Media, Екатерина Гусева третий год признается «Самой популярной актрисой года». Она вообще «самая-самая», судя по всевозможным рейтингам популярности. Какая она на самом деле?

C заслуженной артисткой России, актрисой академического театра им. Моссовета, лауреатом многочисленных театральных и кинопремий, обладательницей народной интернет-премии «Жорж» в номинации «Лучшая российская актриса» (2010) мы встретились в небольшом итальянском ресторане в центре Москвы. Когда Катя вошла в зал, я не сразу ее узнала – совсем без косметики, в клетчатых брюках и в серой маечке, она выглядела трогательно-юной и совсем не звездной.

«Я не хотела бы повторять то, что уже много раз рассказывала в других интервью, – сразу предупредила Екатерина. – Давайте найдем какие-нибудь новые темы».
Темы, конечно, нашлись.

Создается впечатление, что вы – очень благополучный, успешный человек. Все вас любят, неудачи обходят стороной. Вы действительно баловень судьбы?

Знаете, я очень не люблю плакаться. И жаловаться. Я не люблю,когда меня жалеют, мне не нужно, чтобы мне сочувствовали. Еще в детстве не любила нагружать родителей своими переживаниями и проблемами. Я своих близких людей берегу. Иногда действительно бывает больно и трудно, а многим кажется, что это просто очередная удача, и только я знаю, что она достигнута кровью, и потом, и слезами. Мне и самой хотелось бы верить в сказку, в чудо, в невыносимую легкость бытия.

Мюзикл «Красавица и чудовище» 30 апреля попрощался с Москвой... Вам не жаль?

Мне очень грустно. Я очень болезненно переживаю расставание с этой сказкой. Мне как актрисе репертуарного театра сложно понять, почему спектакль, имеющий такой успех, собиравший огромную зрительскую аудиторию на протяжении двух лет, вдруг закрывается. Обычно спектакль снимают с репертуара, когда он устарел или когда актеры по разным причинам выходят изсостава. А здесь – просто был подписан контракт на два сезона, срок истек – и все, до свидания. Я бы хотела еще играть и играть.
«Красавица и чудовище» – это совершенно особый спектакль. Он был как будто бы запрограммирован на код счастья. Понимаете, работа в нем все время давала ощущение, что ты даришь людям счастье, несешь добро. Это ведь не часто бывает.

Я раньше никогда не играла для детей. А на этом спектакле в зале всегда были дети, и я чувствовала это непередаваемое ощущение, что в нашем мире PSP и Play Station дети уже разучились читать книги, я помогаю им открыть для себя мир литературы, мир добра и красоты. Я как будто была проводником каких-то истин, которые я через себя пропускала и транслировала людям. Бэль – для меня не просто роль, это была, наверно, миссия, я так это ощущала. Миссия сказать людям, что настоящая красота – это не гламурные наряды и не дорогие украшения, и не туфли за несколько тысяч долларов.

Знаете, меня иногда спрашивают в интервью: «Кто для вас является иконой стиля?» И мне всегда хочется ответить, что икона и стиль не имеют никакого отношения друг к другу. Икона – это символ веры. Мы дошли до какого-то абсурда в непонимании того, что такое красота. И что такая «красота» никогда не спасет мир. Тут дело не в том, что мы такие плохие и испорченные, просто нам настойчиво навязывается определенная идеология. А в «Красавице и чудовище» была возможность показать, что даже в уроде с шерстью на лице, с копытами и рогами живет добрая светлая душа. Что внешняя оболочка – это лишь оболочка, а красота – это доброта, которая скрыта внутри. Вот эту мысль я пыталась донести до зрителей и чувствовала такое счастье, когда понимала, что это получается. Но эта сказка закончилась, а я благодарна судьбе за то, что она была в моей жизни.

Какие еще театральные роли вам столь же дороги?

Мария Магдалина, которую я второй сезон играю в рок-опере «Иисус Христос – суперзвезда» на сцене театра им. Моссовета. Вообще, когда в 2003 году я пришла работать в этот театр, моим категорическим условием было то, что я не буду вводиться на роли в уже идущие спектакли. А это – очень старая постановка, она идет на моссоветовской сцене почти 20 лет, я в первый раз увидела этот спектакль, когда еще училась в школе! И все-таки, когда мне предложили ввестись на роль Марии Магдалины, я не выдержала и согласилась. Потому что это больше чем просто спектакль, это – театральная мистерия, на которой выросло уже много поколений.

Последние два года вы были заняты в основном в театре. На кино времени совсем не оставалось?

Нет, я снималась в летние месяцы, в перерыве между театральными сезонами. И сейчас опять с удовольствием вернусь к работе в кино. Но с кино складывается очень странная ситуация. И грустная. За последнее время я снялась в нескольких замечательных фильмах, которые так и не дошли до зрителя. Например, «Прогулка по Парижу» режиссера Дмитрия Томашпольского, очень хорошая мелодрама, кино с тонким французским шармом. В центре – любовный треугольник: двое мужчин (их
играют французские актеры) и моя героиня, которая мечется между ними. Этот фильм был отмечен премией на фестивале Киношок-2009, его купило украинское телевидение. И все. Больше «Прогулку по Парижу» никто не видел. Такая же судьба у фильма режиссера Сергея Крутина «Если бы я тебя любил». Моим партнером в этом фильме был Владимир Вдовиченков, он сыграл бесшабашного водителя такси, а я – жительницу забытого богом небольшого городка. Это такое теплое, простое, человеческое кино – в лучших традициях советского кинематографа. К сожалению, и этот фильм пока не дошел до зрителя.

А почему так происходит?

Все упирается в деньги. Снять хороший фильм можно за очень маленький бюджет, даже на цифровую камеру можно снять киношедевр. А вот для того чтобы «раскрутить» фильм, нужны большие вложения. И если это не блокбастер, не коммерческое кино, то, в лучшем случае, его ждет фестивальная судьба. А в худшем – фильм так и будет лежать на полке. Но я актриса и всегда выбираю роли, а не коммерческий успех.

А в скором времени мы сможем увидеть вас на экране?

Очень надеюсь, что да. Скоро должен выйти фильм замечательного режиссера Степана Пучиняна, рабочее название которого «Золотая рыбка в городе N». В этом фильме я сыграла – знаете кого? – дворника! Я бесконечно благодарна режиссеру за то, что он позволил мне создать совершенно нетипичный для меня образ, показать, что я могу быть разной: попросил умыться, заплести косу, повязать платок и дал в руки метлу. Моя дворничиха Маруся – простая, порой грубоватая женщина, ходит в резиновых сапогах или рваных кроссовках, метет двор и одна тащит на себе семью – пьющего безработного мужа и 8-летнего
сына, который однажды, набирая воду для аквариума, поймал в пруду золотую рыбку. Это фильм-притча о настоящих человеческих ценностях, с прекрасным актерским составом, с чудесной музыкой Евгения Доги.

Театр и кино для вас одинаково важны или вы все-таки отдаете приоритет чему-то одному?

Нет, я не отдаю приоритета ни тому ни другому. И снимаюсь с удовольствием, и театр очень люблю. Это абсолютно разные сферы работы, и в той и в другой есть свои плюсы и минусы, своя специфика. В театре ты вдохнешь, выходя на сцену, и выдохнешь на поклонах, прожив жизнь. А кино – искусство ожидания. Очень
трудно не скиснуть, сохранить душевный трепет, пока на площадке ставят свет, подводят рельсы для камеры или ждут, когда кончится дождь и выглянет солнце. Надо виртуозно владеть своей психоэмоциональной природой, чтобы в нужный момент, как собака Павлова, включиться, услышав команду: «Мотор!» Этому нигде не учат, это приходит с опытом. Вот меня часто просят: «Расскажите о каких-то курьезных случаях на съемках». А у меня их нет, я – человек, скучный в профессии. На съемках работаю,
а в перерыве между ними – сплю. Какие уж тут курьезы. Катя, а отдыхать вы успеваете?
За последние два года полноценно отдохнуть так и не получилось! Сейчас вот появилось немного свободного времени, и очень хочу отдохнуть, съездить куда-нибудь. Думаю, заслужила.

К морю?

К воде! (Смеется.) Я – Рак по гороскопу, водяной житель, человек-амфибия. Люблю воду в любых ее проявлениях, даже если это лед. Я вообще везде добавляю лед, даже в горячий чай – чтоб он
остыл побыстрей. Морская вода, речная, озерная – все равно. Я люблю смотреть на нее, плавать в ней. Я была на Олимпиаде в Пекине и поехала на неделю отдохнуть на остров Хайнань.
Это было удивительно, фантастично! Кругом – сплошная зелень, огромные растения, гигантские листья, и цветы, и упоительные ароматы во влажном воздухе. И такой дождь, что вообще невозможно понять – то ли он с неба льет на землю, то ли с земли на небо! Просто сплошная стена воды, без отдельных капель.
Еще запомнилась Норвегия. Там начинает кружиться голова с первых же секунд – от запаха клевера, которым засеяно взлетное поле! Там озера настолько чисты, что на их зеркальной поверхности отражается мир наоборот. Еще фьорды, в которые глубоко врезаются полосы холодной голубой воды, гордые птицы, маяки, домики с зеленой травой на крышах. Я, к сожалению, очень мало ездила по нашей стране. Хочу побывать на Байкале, на Селигере, с удовольствием съездила бы куда-нибудь в тайгу – чтобы бродить с фоторужьем и снимать на крупном плане насекомых или мхи. Я люблю именно такой первозданный отдых, я бегу от отелей «пять звезд, все включено».

Катя, вы человек постоянный в своих пристрастиях? У вас есть любимое блюдо, например? Или любимый стиль одежды?

Нет. Наверно, нет. Любимое блюдо может быть сегодня одним, завтра другим. А стиль одежды... Не знаю, может быть, если бы я не уставала в профессии от бархата, меха и кружев, то предпочитала бы женственный стиль. А так – снимаю с себя роскошные сценические костюмы, влезаю вот в эту спортивную серую маечку, и ничего дороже ее на свете нет! Так что это я только у вас на фото – такая великосветская львица, вампирическая женщина, а в жизни совсем другая.

То, что вы так прекрасно выглядите – это ваша заслуга? Вы много времени уделяете уходу за внешностью?

За внешность спасибо маме с папой. Моя задача – только сохранить то, что дано природой, но в нашей профессии, когда лицо по 12 часов находится под толстым слоем грима, который не дает коже дышать, а волосы регулярно начесывают, крутят и выпрямляют, сделать это очень трудно. Ну, по крайней мере, я хотя бы не курю и не употребляю спиртного. Но не специально для того, чтобы сохранить молодость и красоту, а просто потому, что мне не хочется. (Смеется.)

Давайте поговорим о вечном. О дружбе, например. Друзья из актерской среды у вас есть?

Есть очень много людей, которых мне хочется просто привязать к себе, приковать, прибить гвоздями и никогда не отпускать. Ведь даже с близкими и родными не бывает иногда такого взаимопонимания, как с человеком, с которым ты прошел какую-то часть пути. Но актерская профессия настолько бросает нас из
огня да в полымя, что сохранить эти отношения крайне сложно. Потому что после окончания работы мы все как птицы разлетаемся. А на первом месте всегда семья, в любом случае – какие бы ни были друзья и как бы я ни нуждалась в них, а они – во мне, если у меня выдается свободный вечер, я сто раз подумаю, как мне его провести, и, скорее всего, побегу домой. По натуре я абсолютно домашняя женщина. Я – как улитка, которая любит сидеть в своем домике и только иногда высунет голову наружу, пошевелит рожками – и обратно.

Вы так много сделали в профессии за довольно короткое время. Звездная болезнь вас миновала?

Звездная болезнь настигает, наверное, в тот момент, когда человек успокаивается. А во мне нет никакой успокоенности, наоборот, я понимаю, что все самое интересное еще впереди. Во мне все еще очень сильно чувство ученичества, и оно меня все время толкает к тому, чтобы братья за что-то новое, не бояться замечаний, не бояться быть битой, ошибаться, исправлять ошибки. И еще – пока я работаю, у меня никогда не включается какой-то внутренний таймер, который щелкает и говорит: «Отдохни, ты устала!» А вот когда работа заканчивается, и ты понимаешь, что это успех, победа, то совсем не хочется почивать на лаврах, ликовать, кричать «Я сделала это!» Просто сразу наваливается такая усталость, которую я не замечала за работой, что я уже ничего, кроме нее, не чувствую. Я не умею радоваться собственным успехам. Зато я хорошо знаю, какое это счастье – когда можно радоваться успехам своего ребенка! Помню, как в детстве мне было неловко, когда родители буквально плакали от счастья, если у меня получалось в чем-то преуспеть. А сейчас точно так же сама радуюсь до слез успехам сына. Это ни с чем не сравнимое, непередаваемое ощущение материнского счастья.

О планах на будущее скажете несколько слов?

Летом снова буду сниматься в кино, но говорить об этом пока не буду. А в театре... Посмотрим. В первую очередь я все-таки драматическая актриса. Знаете, чего бы мне хотелось? Ни фейерверков, ни золотых платьев и сверкающих диадем, ни балов, ни кринолинов. Нет, пусть будет серое платье, табуретка и черный задник. И замечательный партнер. Я мечтаю о серьезном драматическом материале, мне кажется, я доросла до него. Я хочу сыграть на малой сценической площадке, где зрители будут видеть мои глаза, слышать каждый вдох и выдох, где невозможно обмануть, где нужна настоящая подлинность. Мечтаю сыграть в какой-нибудь серьезной пьесе, которая бы и мою душу вывернула наизнанку, и зрителей не оставила равнодушными.
Я не люблю загадывать и пытаться заглянуть в будущее. Говорят, это свойство молодости – не думать о завтрашнем дне. Но по большому счету, он ведь может и не наступить. Лучше жить сегодняшним днем, понимая, что жизнь прекрасна здесь и сейчас, и не строить далеко идущих планов. Хотя ежедневник у меня
все равно заполнен на несколько месяцев вперед. (Смеется.)

15 июня 2010 года будут объявлены победители в номинациях 31-го Международного телевизионного фестиваля BANF. Телевизионный многосерийный фильм «Вербное воскресенье», в котором Екатерина Гусева сыграла главную роль, номинируется в категории «Лучший мини-сериал – 2010». Если «Вербное воскресенье» победит, то это будет и ее победа. Очередная победа Екатерины Гусевой, за которой стоит работа, напряжение и трудности, и которая со стороны кажется очередным подарком судьбы.

Интервью: Наталья Пивоварова. Фото: Алексей Ольховой.